Далее
Глава 1
Простые или изощрённые, дурацкие или серьёзные, безобидные и убийственные — психологические проблемы есть абсолютно у всех. Но не все умеют с ними грамотно разбираться.
Hic sunt dracones — или «Здесь обитают драконы»; средневековый способ обозначить на карте некую далёкую и неизвестную территорию, где путешественника подстерегают неопределённые, туманные, но очень суровые угрозы.
К сожалению, многие из нас, сталкиваясь с психологическими или эмоциональными трудностями, опираются на подразумеваемую этим предостережением оборонительную стратегию. Точнее, их две:
— Убрать самого дракона (агрессия, насилие, подавление)
— Убраться самим от дракона подальше (избегание, отрицание и т.п.)
Благодаря этим опциям, избегающим непосредственного эмоционально напряжённое переживание всего, связанного с проблемой — мы наблюдаем, как люди носят их, словно груз из прошлого, многие годы и десятилетия. Даже в старости, когда большинству людей становится, что называется, по*бать на многие из того, что парило их раньше — некоторые эмоциональные проблемы продолжают поганить им жизнь.
Что не относить к психологическим проблемам
Наличие психологической проблемы или нескольких — вообще не имеет отношения к тому, чтобы быть сумасшедшим, психом, безумцем и т.п. Хотя те, кого в просторечии ещё можно называть «психотиками» (а в официальных и прочих документах уже нельзя) — тоже вполне могут страдать от психологических проблем, их помешательство имеет иную (нейронную, биологическую) природу. Они не из-за этого психотики, проще говоря; «виновник» их психических болезней (шизофрения, БАР, эпилепсия и некоторые иные состояния) — наследуемые или врождённые, но вполне явные структурные поражения головного мозга.
Состав/структура психологической проблемы
Мануэль Хуан использует параллельный анализ нескольких кейсов: знаменитый случай Фрейда с Анной О; случай массовой катастрофы в шахтах где-то в районе Апаллачей; гипотетический типичный кейс неутвердительного клиента, с тысячами которых Смит работал много лет в рамках своей систематической ассертивной терапии; и собственные подростковые переживания на тему сексуальности противоположного пола.
Хотя этот разбор безусловно качественно и неповторимо иллюстрирует все излагаемые положения, приводить его в подробностях не буду, ибо утомительно и рутинно. Как говорится, если вы ждали от космоса знака, что пора учить английский — вот и он.
1. Значительная (как правило, внезапная, непредсказуемая и неуправляемая) перемена в окружающей среде.
2. Ранее достоверное, но теперь малоадаптивное убеждение (некое правило о том, как себя где следует вести, чтобы иметь желаемое и/или не получать ненужное)
3. Открываемые случившейся переменой негативные аспекты окружения, ранее не имевшие места или игнорируемые
4. Открываемые случившейся переменой негативные аспекты себя, также ранее неизвестные
5. Все возможные стратегии и манёвры для избегания, отрицания и иного сопротивления всему выше перечисленному. Можно пытаться отрицать произошедшее или как-то его «переосмыслить»; можно упорно настаивать на том, что ранее существовавшее правило всё так же верно; избегать контакта с ситуациями и обстоятельствами, в общем — всё, что прекрасно известно любому поведенческому терапевту, работающему с тревожными расстройствами
5 Главных Видов Психологических Проблем Обычных Людей:
1. Нездоровые (т.н. «симбиотические») эмоциональные связи с родителями — где человек длительное время, после полагающегося периода сепарации, остаётся психологически в отношениях ребёнка с родителем; и это не позволяет отношениям реорганизоваться в отношения двух взрослых людей.
2. Иррациональная оценка себя вследствие непредвиденных неудач, проигрышей и провалов в сфере некого исполнения — трудовые, половые, социальные или какие-то экспертные стандарты
3. Иррациональная самооценка в области романтических, межличностных отношений
4. Иррациональная самооценка в результате неожиданных «негативов» от близких заботливых партнёров
5. Иррациональная самооценка вследствие утрат и потерь в любой возможной стороне жизни: отношения, карьера, физические либо умственные способности и навыки
«Психологический пенициллин» (или инсулин, неважно)
Ссылка на ряд исследований, которые показали, что статистически нет разницы, каким образом предоставлялись психотерапевтические процедуры — через психотерапевта, парапрофессионалом, путём самопомощи или даже через книги.
Как и в фармакотерапии медицинских состояний — судя по всему, принципиальное значение имеет то, что пациент получает показанное ему лекарство в необходимой терапевтической дозировке, и не столь уже важно, кто и в какой форме ему его предоставляет.
Подобно тому же инсулину, вакцине и любой возможной «химии» — не имеет значения, будет ли вам её вкалывать, скармливать или ещё как-то вводить в организм врач; сделает ли это медсестра; ваша подруга или коллега с работы; да хоть вы сами. Ключевые факторы — это: 1) Необходимость именно данного препарата для вашей болезни; 2) Его попадание в организм; 3) В адекватной дозе и достаточно длительное время.
Системные требования к «психологическому пенициллину»:
1. Он действует относительно быстро. Если достижение хоть сколько-то заметных улучшений (т.н. адекватного клинического ответа на вмешательство — сейчас не говорим об излечении) занимает месяцы или даже годы, то такое лекарство по существу бессмысленно. У нас просто не будет реалистичного способа выяснить, эффективно ли оно вообще или нет.
2. Результаты его применения должны быть доступны для измерения. Если вы не можете измерить производимые вмешательством изменения каким-либо известным науке образом, чтобы оценить разницу «до» и «после» — то вполне безопасно утверждать, что их просто нет. Шарлатанские прогоны психоаналитиков и многих им сочуствующих психо-мракобесов об «изменения в бессознательном уже идут, просто нужно немалое время, чтобы они созрели и стали очевидными» — остаются для лохов, которые, в отличие от мамонтов, вряд ли вымрут.
3. Если предыдущий опыт указывает, что лекарство должно подействовать, но оно при этом не действует (при условии корректного диагноза) — то должны существовать способы это исправить, вроде увеличения дозы, введения дополнительных компонентов и т.п.
Как некоторые, а то и почти все, у кого хватило терпимости дочитать до этого места, уже догадались — Мануэль Смит однозначно подразумевает то, что мы сейчас называем терапевтической экспозицией = экспозиционной терапией. Он, правда, почти не употребляет в книге эти термины (хотя пора бы, она издана в 2002), и взамен говорит о «вербальном методе десенсибилизации».
Термины хотя и синонимичны, но легко заметить, что система, предлагаемая в книге, мало общего имеет с исторически известной методикой прогрессивной десенсибилизации по Д. Вольпе. То есть — автор не настаивает на том, что подвержение контакту с условно-пугающими стимулами должно происходить архипостепенно, и сопровождаться использованием техник релаксации.
Напротив, он уверенно отстаивает технологию, исторически ассоциируемую с так называемой имплозивной терапией или «утоплением» (flooding). Где особого упора на градуированности экспозиции нет (хотя это не возбраняется в принципе), однако обозначен твёрдый отказ от различных приёмов релаксации, отвлечения, так как они представляют собой охранительное поведение.
Глава 2
Закон Среды (Окружения).
Как и любой (даже себя не особо уважающий) бихевиорист, Смит разделяет базовую идею о том, что подлинные причины поведения скрываются в окружающей среды (как текущей, так и предшествовавшей, см. обусловливание и научение). Таким образом, он совсем недалеко отойдя от первых страниц, начинает приобщать читателей к философии бихевиоризма и науке о поведении.
По ходу разбирается психоаналитическое понятие Супер-Эго, и Мануэль Хуан показывает, что оно не настолько ригидное, как полагали сами аналитики, и во многом завязано на подкрепляющие и карающие контингенции социальной среды.
Особенный акцент делается на концепцию пластичности среды — или, точнее, два возможных процесса: сокращение и расширение. Вспоминая здесь метафору Берна, автор проводит параллель: стратегия сокращения среды — ассоциирована с режимом ребёнка (избегание/избавление); стратегия же расширения, вопреки импульсам уйти прочь от «негативов» (аверсивных аспектов окружения) — связана с режимом взрослого.
Последовательность решения психологической проблемы
Собственно, решение любых ПП следует обратному порядку их возникновения: 5) Устранить и предотвратить выученные способы избегания/избавления; 4) Угасить приобретённую болезненную реакцию на личные и 3) внешние условно-аверсивные стимулы, 2) Обнаружить и перестроить недееспособные убеждения, после чего 1) Вернуться к ранее избегаемым вследствие перемены обстоятельствам, где уладить «прикладные» (практические и логистические) проблемы, но уже не психологические.
Базовый закон среды и поведения:
— Устойчивость, предсказуемость и долговечность любого поведения прямо пропорциональна степени ограничения возможных подкреплений («сокращения среды») для этого поведения. Соответственно, наоборот — чем шире спектр вероятных подкреплений и обстоятельств, при которых их можно получить, тем более непредсказуемым, неуправляемым и т.п. будет поведение.
Иначе говоря, чем меньшими способами организм может получить некоторое значимое для себя подкрепление — тем более прочными, долгоиграющими и вероятными будут эти немногочисленные способы. Если для вас единственный способ попить кофе, который вы любите — это попасть в кофейню на другом конце города, то можно не сомневаться, что ходить туда вы будете часто и, похоже, надолго.
Из этого закона есть ряд следствий:
1. Чтобы обучить организм тому или иному поведению, необходимо существенно ограничить его среду на период научения (более классическим языком — требуется высокая степень дискриминации)
2. Законы научения действуют автоматически — если хотите, бессознательно; не имеет никакого значения, верите ли вы лично в закон эффекта, смежности, генерализации и другие известные нам принципы обусловливания. Мы можем произвольными усилиями контролировать своё поведение, конечно, но этот контроль крайне ограничен в сравнении с тем, насколько среда автоматически управляет нашими действиями.
3. Любовные отношения между близкими партнёрами — объясняются через тот же самый закон дискриминации или сокращения подкрепляющей среды; простым языком, никто, кроме вашего интимного партнера, не понимает, не знает, в общем, не обеспечивает такого же специфического подкрепления, кроме него.
4. Для достижения максимального контроля над чьим-либо поведением — необходимо максимально сократить его подкрепляющую среду. В качестве образца приводятся феномены «промывки мозгов» узникам лагерей, «человеческий инжиниринг» (эргономический дизайн) и другие.
5. Сокращение (ограничение) среды — которая понимается как тотальный стимульный комплекс, с которым контактирует организм — самый примитивный, первичный и рефлекторный метод «решения» эмоциональных проблем (который превращает их в хроническое страдание). Пресловутый «здесь драконы» — или убраться от них, или убрать их, насколько это возможно.
Далее Смит излагает «шокирующий аргумент» насчёт традиционной разговорной терапии (имея в виду, безусловно ультра-консервативные традиции психоанализа и гуманистической терапии). Анализ с точки зрения теории научения показывает, что такая терапия, судя по всему, никак не ориентирована на расширение и обогащение среды пациента, а даже вовсе напротив — работает на её сокращение.
Свидетельство чему — феномен, который можно относить и к «переносу», и даже к рабочему альянсу, а именно насыщенную, интенсивную эмоциональную связь пациента и терапевта. Судите сами — клиент не обучается, скажем, оптимизации своего общения с окружающими, а посещает терапевта, который к нему расположен положительно при любых обстоятельствах, тепло и доброжелательно с ним обращается, словом, предоставляет чуть ли не сплошное и безоговорочное подкрепление. И нигде больше такого получить просто нельзя. Это, конечно, идеализированный сценарий, но многие психологи прискорбно считают, что это и есть идеал, к которому стоит стремиться.
Таким образом, психотерапевт, намеренно или нет, превращает себя в уникальный дискриминантный стимул «безусловной любви», а психотерапию — не в путь к преодолению психологических проблем, а в их составную часть.
На совершенно том же механизме построена система образования (точнее, индоктринации) в школе и почти везде; деструктивные культы, да и любые иные культы; армейская муштра и дисциплина; даже практики «политкорректности» и «соблюдения этики» действуют строго за счёт принципа ограничения окружения.
Другими словами, вновь повторяя очевидное — законы поведения это законы природы, изучаемые методами естественной науки, они универсальны и повсеместны, действуя на каждого из нас в одинаковой степени всегда и везде. Как писал ещё Фред Скиннер — моё поведение контролируют те же самые принципы, что и поведение голубей, которых я изучаю.